Нефть Победы: 10 фактов

Мария Славкина, доктор исторических наук  

   Советские нефтяники внесли неоценимый вклад в победу в ВОВ. Без нефти немыслимо было бы противостоять технически оснащенной фашистской армии, поэтому с самого начала войны шла ожесточенная борьба: не подпустить врага ни к одной скважине, в то же время обеспечить топливом технику для Красной Армии. Вся промышленность СССР была перестроена на военный лад, и нефтяная отрасль играла в ней решающую роль.

1. Война моторов

    На XV съезде ВКП(б) в декабре 1927 года И. В. Сталин отмечал: «Воевать без нефти нельзя, а кто имеет преимущество в деле нефти, тот имеет шансы на победу в грядущей войне».

   «Современная война будет войной моторов: моторы на земле, моторы в воздухе, моторы на воде и под водой, – отмечал он же, выступая на заседании Главного военного совета 13 января 1941 года. – В этих условиях победит тот, у кого будет больше моторов». Накануне Второй мировой войны облик вооруженных сил определяли танки, авиация, флот, которые не могли работать без нефти.

2. Поход за нефтью

   Как вспоминал министр вооружений и военной промышленности Третьего Рейха Альберт Шпеер, «мы вторглись в Россию из-за нефти».

   «Я знаю, – признавался он в одном из своих интервью, – что выдвигалось много других причин, но я могу вас заверить, что было для Гитлера главным приоритетом: снабжать нас горючим».

   В 1938 году добыча нефти в Германии составляла мизерный объем – всего 550 тысяч тонн, что не покрывало даже 10% внутренних потребностей и составляло 0,2% мирового показателя. Производство искусственного авиационного и автомобильного бензина, дизельного топлива и смазочных масел достигло 1,6 млн тонн, что также не могло удовлетворить потребностей Третьего Рейха.

   Накануне Второй мировой войны главную роль в нефтяном балансе Германии играл импорт. Львиная доля нефти и нефтепродуктов оставалась привозной. В последнем предвоенном году нефтяной импорт Третьего Рейха составлял порядка 5,7 млн тонн. Причем более 80% от этой цифры проходили по статье «из-за океана» и контролировались тяжеловесами международного нефтерынка – преимущественно американскими компаниями и англо-голландским концерном Royal Dutch Shell. С началом войны рассчитывать на эти поставки было сложно. К 1940 году нефтяной импорт «из-за океана» почти полностью прекратился. Нужны были альтернативные источники. Возможности Румынии, которая в мае 1940 года заключила «нефтяной пакт» с Берлином, были ограничены. Оставался Советский Союз, в то время вторая в мире и первая на евразийском континенте нефтяная держава: добыча нефти в СССР по итогам 1940 года составила 31,1 млн тонн.

3. Ошибка фюрера

   22 июня 1941 года Германия напала на Советский Союз. Немецкие генералы уверяли: нужно идти на Москву, которая является важнейшим центром путей сообщения и связи, политическим и промышленным центром страны. Но у Гитлера было иное мнение.

   «Мои генералы ничего не понимают в военной экономике», – впервые произнес свою знаменитую фразу фюрер, требуя нанести главный удар в южном направлении. Захват Крыма, объяснял Гитлер, – это надежные поставки нефти из Румынии, захват южных территорий – блокирование «подвоза русским нефти с Кавказа», захват Кавказа – это нефть для Рейха.

   После Смоленска фюрер перераспределил главные усилия в пользу южного направления. Основой решения послужила кажущаяся легкость продвижения группы «Центр». По мнению немецких генералов, перенос в августе-сентябре 1941 года основных усилий армии на юг являлся «роковым решением», приведшем к срыву плана «молниеносной» войны. Позднее Гитлер все же передумал и решил ударить по Москве, но время было упущено.

   Немцы добрались до пригородов советской столицы лишь в середине осени 1941 года и были остановлены невиданным по силе и жесткости сопротивлением частей Красной Армии и московского народного ополчения. Положение усугубил и острый недостаток горючего. Война уже переставала быть победоносным блицкригом и требовала существенных расходов топлива.

4. Главная цель 1942 года – нефть

   Определяя планы на 1942 год, Гитлер ставил первоочередную задачу прорваться на Кавказ. Директива № 41 от 5 апреля 1942 года гласила: «…в первую очередь все имеющиеся в распоряжении силы должны быть сосредоточены для проведения главной операции на южном участке с целью уничтожить противника западнее Дона, чтобы затем захватить нефтеносные районы на Кавказе и перейти через Кавказский хребет». Планировалось также, что Кавказ станет ключом и к нефтяному Ближнему Востоку, куда одновременно через Северную Африку пробивался генерал Эрвин Роммель. Рейх должен был взять черное золото в железные тиски. По замыслу немецкого командования, 1942 год должен был стать годом решения нефтяных проблем Германии и гарантом будущей победы.

5. Ни капли нефти врагу

   В один из жарких июльских дней 1942 года заместитель наркома нефтяной промышленности Николай Байбаков был вызван в Кремль. Сталин неторопливо пожал ему руку и негромким, вполне будничным голосом проговорил: «Товарищ Байбаков, Гитлер рвется на Кавказ. Он объявил, что если не захватит нефть Кавказа, то проиграет войну. Нужно сделать все, чтобы ни одна капля нефти не досталась немцам». И чуть-чуть ужесточив голос, добавил: «Имейте в виду, если вы оставите немцам хоть одну тонну нефти, мы Вас расстреляем. Но если Вы уничтожите промыслы преждевременно, а немец их так и не захватит, и мы останемся без горючего, мы Вас тоже расстреляем».

   В оперативном порядке была сформирована группа из специалистов-нефтяников и работников НКВД, которая выехала в Краснодар. В кратчайшие сроки был разработан специальный комплекс мероприятий по уничтожению промыслов, который реализовали уже под огнем противника: сначала ликвидировали нефтеперекачивающие и компрессорные станции, потом – скважины, а в последнюю очередь – электростанции. Отступив с партизанами в Туапсе, группа Байбакова с тем же заданием перебазировалась в Грозный, где неподалеку, в районе Малгобека, шли ожесточенные бои. А из Грозного специалисты отправились в Баку.

   Как свидетельствуют архивные документы, главную нефтяную кормилицу также готовили к уничтожению.

   Из постановления ГКО № 2173 от 14 августа 1942 года «О специальных подготовительных мероприятиях по Бакинской нефтяной промышленности»: «В связи с создавшейся военной обстановкой Государственный Комитет Обороны постановляет: обязать НКВД СССР совместно с наркоматом нефтяной промышленности провести специальные мероприятия по подготовке к выводу из строя объектов нефтяной промышленности (скважин, емкостей, предприятий и оборудования) Бакинской нефтяной промышленности, которые к моменту начала проведения этих мероприятий окажутся не вывезенными». К счастью, страшный план ликвидации нефтяной промышленности Баку не пришлось приводить в действие. Не были реализованы и предложения союзников по вводу войск в Закавказье и «помощи» в уничтожении бакинских промыслов. Враг так и не прорвался к главному нефтяному центру СССР.

6. Артерия жизни

   900-дневная блокада Ленинграда (8 сентября 1941 года – 27 января 1944 года) – одна из самых героических страниц Великой Отечественной войны. Город так и остался непобежденным. Его защитники и жители заплатили страшную цену. На Нюрнбергском процессе будет названа цифра – 632 тысячи погибших. Но мало кто знает, что жертв могло быть еще больше. Многие жизни спас сверхсекретный объект – проложенный по дну Ладожского озера уникальный трубопровод, который жители Ленинграда не даром называли «артерией жизни».

   Согласно утвержденному проекту, трубопровод должен был иметь производительность 400 тонн в сутки, диаметр 100 мм и протяженность 30 км. Небольшие участки прокладывались по суше по обоим берегам, а большая часть трубопровода (около 21,5 км) должна была пройти по дну Ладоги, на глубинах от 1 до 12,5 м. Головные сооружения решили расположить на оконечности мыса Кареджи, который выступал в озеро и тем самым немного сокращал подводную часть. К этой точке следовало проложить железную дорогу, построить станцию Коса, сливную эстакаду на 12 цистерн; на случай бомбежки расположить на удалении друг от друга резервные насосные установки, передвижные электростанции и емкости для хранения нефтепродуктов. Конечной точкой трубопровода был определен район деревни Борисова Грива.

   Работы на озерном участке начались 31 мая 1942 года, а уже к 14 июня были завершены. 19 июня 1942-го правительственная комиссия подписала акт приемки трубопровода в эксплуатацию. В общей сложности за 20 месяцев, которые действовал ладожский трубопровод, по нему было передано 40 тысяч тонн горючего. Высвободившийся транспорт доставлял блокадникам продовольствие. С большими трудностями, но все же работали городские службы. Несмотря ни на что, город выживал и выживал, в том числе благодаря наличию минимальных объемов горючего.

7. Топливная катастрофа Германии

   Топливная катастрофа для Германии наступила в мае 1944 года. Альберт Шпеер вспоминал: «8 мая я вернулся в Берлин… А через четыре дня произошло событие, заставившее меня навсегда запомнить эту дату – 12 мая 1944 года. Ведь именно в этот день противник окончательно одержал победу в сфере военного производства. До этого нам удавалось, несмотря на значительные потери в вооружении, в общем и целом удовлетворять потребности вермахта. После налета 935 бомбардировщиков из состава 8-го американского воздушного флота на заводы по производству искусственного горючего в центральной и восточной частях Германии начался совершенно новый период… Он положил начало полному краху немецкой военной промышленности».

   Немцы пытались восстановить разрушенные заводы, срочно реализовывали программу строительства подземных мощностей. Но все это уже не могло изменить ход событий.

8. Каждая тонна нефти – это наш залп по Гитлеру

   А в это время советские нефтяники сражались на нефтяном фронте под лозунгом «Каждая тона нефти – это наш залп по Гитлеру!». Люди работали сутками, недосыпая, получая скудный продовольственный паек. Ушедших на фронт мужчин замещали их жены. Женщины не боялись никакой работы, трудились даже в бурении! У кого не было достаточных физических сил, шли в бригады по добыче нефти, на тракторные базы, нефтеперекачивающие станции.

   Выстояв в самые отчаянные первые месяцы и преодолев критические 1942 и 1943 годы, нефтяники сумели стабилизировать производство и переломить отрицательную тенденцию падения. Незначителен по цифрам, но примечателен сам факт: уже в 1944 году добыча нефти выросла на 300 тыс. тонн и составила 18,3 млн тонн. В 1945 году рост составил почти 1,2 млн тонн – 19,4 млн тонн по итогам года.

Добыча нефти в СССР млн тонн  ist1-1.png

9. Горючее – фронту!

   За время Великой Отечественной войны расход основных видов горюче-смазочных материалов вооруженными силами СССР составил порядка 13,4 млн тонн. При этом показателен рост потребления топлива в крупных сражениях. Если почти за 7 месяцев битвы под Москвой (30 сентября 1941 года – 20 апреля 1942 года) со всеми трудностями, связанными с потерей территории и нарушением хозяйственных связей, было израсходовано 294,4 тыс. тонн горючего, то уже в 1943 году только за 1,5 месяца сражения на Курской дуге (5 июля – 23 августа 1943 года) расход ГСМ составил более 204 тыс. тонн. То есть если в первом случае среднемесячное потребление топлива составляло порядка 43 тыс. тонн, то во втором – уже около 136 тыс. тонн. Более чем двукратный рост.

   Сказывался топливный фактор и на технических параметрах отечественной военной техники. Советские конструкторы создавали лучшие образцы в условиях отсутствия существенных топливных ограничений. Имелась возможность закладывать более высокую мощность, повышать боевую оснащенность, увеличивать характеристики прочности военной техники. Знаменитый танк Т-34 образца 1940-1941 годов имел расход топлива по шоссе в объеме 140 литров на 100 км. В результате целого ряда нововведений Т-34 1942 года расходовал уже 150 литров по шоссейным дорогам. А машина 1943 года выпуска – 155 литров. Были улучшены такие параметры, как бронирование, вооружение, скоростные характеристики, маневренность, запас хода и так далее.

   В документе «Из итогов работы тыла в период Великой Отечественной войны», составленном 26 июня 1947 года, подчеркивалось: «Обеспечение… армии дизельным топливом, керосином и лигроином ресурсами производства не лимитировалось». По мере того как дефицит горючего сковывал военную мощь Германии, Советский Союз, отстоявший в кровавой схватке свой нефтяной потенциал, уверенно наращивал мобильность и техническую оснащенность вооруженных сил.

Поставки топлива наркоматам обороны и военно-морского флота, тыс.тонн ist1-2.png

10. Спасибо союзникам

   Узким местом топливного обеспечения вооруженных сил СССР с начала войны являлся авиационный высокооктановый бензин. Лучший авиабензин, который производился на советских заводах, имел гораздо меньшее октановое число, равное лишь 78! Накануне войны СССР предпринимал спешные попытки нарастить выпуск авиационного бензина вообще и высокооктанового горючего в частности, что было частью масштабной программы модернизации отечественной нефтепереработки, которая должна была завершиться к окончанию третьей пятилетки в 1942 году. Однако тогда проблему решить не удалось. На помощь Москве пришли союзники по антигитлеровской коалиции.

   В научной литературе приводятся разные объемы поставок нефтепродуктов по условиям ленд-лиза. Называются цифры от 2 до 2,9 млн тонн. Главными видами поставок стали авиационные бензины и высокооктановые компоненты для их производства. По разным данным, объемы союзнических поставок авиационного бензина в Советский Союз оценивались от 1,2 до 1,5 млн тонн. Для того чтобы оценить, что значили эти цифры, приведем простейшие расчеты. По официальным данным, за годы войны советскими вооруженными силами было израсходовано более 4,481 млн тонн авиабензина. Следовательно, если ориентироваться на цифру 1,2 млн тонн союзнических поставок, то получится, что около 26,7% авиационного бензина советские вооруженные силы получили за счет помощи по ленд-лизу. Если же взять за основу расчетов цифру 1,5 млн тонн, то получим еще более высокий показатель. В этом случае 33,5% авиационного бензина в советских ВВС имели ленд-лизовское происхождение. Таким образом, по этим данным, почти каждый четвертый или каждый третий самолет заправлялся горючим, которое приходило в страну по линии союзнических договоренностей. Нельзя не признать, что доля выглядит очень существенной. И это только количественный показатель, не учитывающий высокое качество поставляемого союзниками горючего.

   Как отмечает исследователь нефтяных поставок И. И. Иголкин, «если представить «виртуальную реальность», в которой этих поставок не было бы, то Красная Армия все равно получала бы бензин с октановыми числами 74 и 78, для чего пришлось бы перераспределить ресурсы и еще больше увеличить производство добавки «Р-9». Но Советскому Союзу не пришлось этого делать. Союзники, несмотря на все разногласия, которые сопровождали великие державы на протяжении Второй мировой войны, сумели объединить экономические ресурсы и выступить единым фронтом против общего врага.