Энергощит для ЕАЭС

   К созданию сразу нескольких крупных отраслевых рынков приступили в Евразийском экономическом союзе. Один из важнейших — общий электро-энергетический рынок — должен заработать уже в 2019 году. И гидроэнергетика Кыргызстана, безусловно, призвана стать серьезной его составляющей. Вопрос в том, что необходимо предпринять нашей республике, дабы занять эту нишу.

Общий рынок электричества

   Концепция формирования общего рынка электроэнергии уже разработана Евразийской экономической комиссией. А необходимую программу предусматривается подготовить уже к нынешнему июлю.

   - Энергетические отрасли государств — членов союза тесно переплетены. Создание такого рынка позволит более эффективно использовать мощный энергетический потенциал союза и решать проблемы энергообеспечения наших экономик, расширить экспортные возможности и транзитный потенциал, повысить устойчивость энергетического сектора и его инфраструктуры к внешним и внутренним воздействиям, — эту мысль неоднократно подчеркивал министр ЕЭК по энергетике и инфраструктуре Таир Мансуров (к слову, его совсем недавно в результате обновления состава коллегии ЕЭК сменил на этом посту представитель от Кыргызстана Данил Ибраев).

   Напомним, что этот рынок предполагается формировать в три этапа. На первом деятельность Евразийской экономической комиссии будет сосредоточена на расширении межгосударственной торговли электроэнергией. Для этого странам– партнерам понадобится гармонизировать существующую нормативно–правовую базу в данной сфере, унифицировать вопросы технического регулирования, регламентов и стандартов, подвергнуть реструктуризации действующих в сфере электроэнергетики госкомпаний с учетом разделения их на конкурентные и монопольные виды деятельности. Второй этап предусматривает создание структур управления общим рынком, специального агентства, координирующего комплекс возникающих задач. И уже на заключительном этапе национальные электрические рынки предстоит интегрировать в общее целое.

   - Для этого необходимо будет подвести итоги проведенных подготовительных работ двух предыдущих этапов и провести работу над ошибками, прежде чем запустить разработанный механизм. Таким образом, уже к 2019 году в рамках ЕАЭС будет создана нормативно–правовая база, организована биржевая торговля, сформирован клиринговый центр и другие органы управления. И в результате — создан конкурентоспособный и ликвидный общий электроэнергетический рынок, — отмечает независимый эксперт Андрей Королев.

   Итак, главные ориентиры обозначены, хотя задач, и подчас очень непростых, на пути их достижения возникает немало. Но все будет зависеть от согласованности действий сторон, их интеграционного настроя и, скажем так, общей воли к победе на энергетическом поле. Не вступает ли в противоречие с ней недавняя денонсация кыргызско–российских соглашений по строительству двух значимых для республики, а в перспективе и для общего энергорынка ЕАЭС объектов — Верхне–Нарынского каскада ГЭС и Камбар–Атинской ГЭС–1? Этим вопросом сегодня задаются в экспертных сообществах обеих стран–союзниц. И российские специалисты отнюдь не склонны драматизировать ситуацию.

   - Россия и Кыргызстан — стратегические партнеры, они активно взаимодействуют и на двустороннем уровне, и в рамках крупных международных объединений, таких как СНГ,ЕАЭС, ШОС, — подчеркивает руководитель отдела экономики Института стран СНГ, ведущий научный сотрудник Института экономики РАН Аза МИГРАНЯН. — И нынешний кризис, следствием которого становится удорожание заемных средств, снижение темпов экономического роста, побуждает стороны к определенному уточнению своих возможностей, пересмотру некоторых позиций. В этом нет ничего противоестественного, поэтому, как мне кажется, и не стоит в данном случае делать каких–то поспешных выводов.

   Призывая к этому, эксперт вовсе не исключает дальнейшего взаимодействия между обоими государствами в той же энергетической сфере.

   - Этого сотрудничества никто не отменял, хотя не исключаю некоторого замедления его на какой–то период в связи с юридическим разрешением возникших после денонсации вопросов, — говорит Аза Мигранян. — Надо иметь в виду и следующее. Формат ЕАЭС предполагает создание не единого, а общего рынка электроэнергии на основе национальных энергосистем. Отсюда возникают сложности, которые не предполагались в рамках упомянутых российско–кыргызских соглашений на момент их подписания. Если мы производим электроэнергию, то должны ее либо использовать, либо экспортировать, ее невозможно аккумулировать на складе. И вот все эти вопросы необходимо учитывать в полной мере, максимально просчитывая целесообразность, стратегию подобных проектов, уже в рамках ЕАЭС.

Соседи нам помогут

   Интересные комментарии “ВБ” дала член коллегии (министр) по основным направлениям интеграции и макроэкономики ЕЭК Татьяна ВаловаЯ (напомним, что именно она возглавляла рабочую группу, занимавшуюся задачами присоединения Кыргызстана к Таможенному, а затем и к Евразийскому экономическому союзу, и до сих пор координирует эти вопросы):

   - Очевидно, проблема в том, что эти соглашения подписывались в других экономических условиях, когда еще не шла речь о ЕАЭС, не было понимания, что Кыргызстан войдет в него, в общий рынок электроэнергетики и так далее.

   - И, может, как раз из–за отсутствия четкой, понятной перспективы данные проекты не реализовывались довольно длительное время. Когда проект не переходит в практическую стадию достаточно долго, надо посмотреть, в чем причины, какие условия необходимы для его реализации. Мы, конечно, принимаем к сведению, что эти конкретные соглашения больше не действуют, — продолжает министр. — Но, думаю, это не закрывает, а, наверное, наоборот, открывает дорогу к обсуждению более глубокого взаимодействия в сфере электроэнергетики. Именно — в расчете на создание общего энергорынка ЕАЭС, на возвращение к новым переговорам, в новых условиях о взаимодействии, в том числе и Кыргызстана с Россией, в сфере электроэнергетики, может, с участием наших казахстанских коллег, возможно, кого–то еще.

   Вместе с тем российские эксперты подчеркивают необходимость решать все эти вопросы в контексте урегулирования отношений в водноэнергетической сфере со странами — соседями по Центральноазиатскому региону. И прежде всего в разрезе: Кыргызстан, Таджикистан с одной стороны, Узбекистан, отчасти Казахстан — с другой. На важности достижения таких согласованных подходов акцентирует внимание начальник сектора международных экономических организаций Центра экономических исследований Российского института стратегических исследований Вячеслав Холодков. И не отрицает возможности определенной посреднической роли России, но — в известных пределах.

   - Россия не может выступать в таких процессах в качестве участника одной из сторон. Функции посредника, в качестве которого она реально может выступить, предполагают, скажем так, нейтралитет, — поясняет свою мысль Холодков.

   - Так что главная ответственность за урегулирование существующих проблем ложится на сами страны Центральноазиатского региона, на их правительства. И если, скажем, Кыргызстан и Узбекистан найдут взаимоприемлемые решения, тогда гораздо проще будет решать технические, финансовые вопросы в осуществлении подобных проектов.

   Для поиска таких решений, по мнению Холодкова, нужно активнее задействовать и формат ШОС. Правда, площадку Евразийского экономического союза, считает эксперт, труднее использовать, потому что в отличие от ШОС, участниками которого являются и Кыргызстан, и Узбекистан, последний не является членом Евразийского экономического союза.

   - Но в любом случае существуют возможности для переговоров, надо лишь проявлять необходимую инициативу. Сотрудничество в энергетической сфере было и останется одним из приоритетов для стран ЕАЭС. И именно из этого надо исходить при преодолении всех возникающих трудностей, — убежден Вячеслав Холодков.

   А вот эксперт Центра геополитических исследований “Берлек — Единство” (Башкортостан) Руслан Хадимуллин видит перспективу строительства той же “Камбар–Аты–1” именно в опоре на ближайших соседей Кыргызстана.

   - По мнению ряда экспертов, найти другого инвестора, способного, помимо финансирования, урегулировать противоречия между странами региона, очень тяжело, — комментирует Хадимуллин ситуацию в связи с денонсацией кыргызско–российских соглашений в энергосфере. — Китай вряд ли возьмется за реализацию Камбар–Атинской ГЭС–1 посредством финансирования через Азиатский банк инфраструктурных инвестиций, так как проект вызывает политическую напряженность, связанную с позицией Узбекистана. Из–за внутрирегиональных политических проволочек и низкой рентабельности, связанной с длительным сроком окупаемости и серьезными затратами, страны Ближнего Востока тоже будут воздерживаться от участия в строительстве данных гидроэлектростанций. Но есть возможный вариант решения данного вопроса — это участие Ташкента и Астаны.

   По мнению Хадимуллина, “таким образом, с одной стороны, была бы решена проблема недовольства соседей и источников финансирования, с другой — республики Центральной Азии на деле продемонстрировали бы желание совместно решать возникающие трудности, ведь многолетние усилия различных международных организаций поспособствовать урегулированию спорных моментов не увенчались успехом”.

   - К тому же принятию мер по обеспечению региональной энергетической безопасности может способствовать и ЕАЭС путем помощи в разработке соответствующих межгосударственных документов, — считает эксперт центра “Берлек — Единство”.

* * *

   Так что ресурс ЕАЭС в любом случае способен помочь Кыргызстану при решении различных актуальных для него задач, и не только в энергетической сфере. Тем более что, как прогнозируют в ЕЭК, наступивший год, невзирая на сложности переживаемого периода, будет отмечен и для всего ЕАЭС, и для каждой из стран, входящих в него, важными подвижками в плане взаимовыгодной интеграции.

   - Несмотря ни на что, мы не сворачиваем объем взаимодействия, а, наоборот, развиваем его, — резюмирует министр ЕЭК Татьяна Валовая. — И главное, что мы должны сейчас и в дальнейшем делать, — заниматься системными вещами, направленными на укрепление нашего сотрудничества. Полагаю, это будет стимулировать и в случае с Кыргызстаном обсуждение новых проектов, которые станут разрабатываться и воплощаться в жизнь исходя из новых экономических реалий. А также из понимания того, что в 2019 году у нас будет общий энергорынок, мы сможем торговать электроэнергией по всему союзному пространству. И это точно повысит потенциал Кыргызстана как страны — экспортера энергии, как, возможно, будущего крупного игрока на этом рынке.